Демографический потенциал молодой сельской семьи (на примере Ивановской области)
Фото: пресс-служба Правительства Ивановской области
Введение
Создание, укрепление и поддержка молодых сельских семей является важной составляющей демографического развития России. Традиционно сельские семьи отличались такими характеристиками, как ранний возраст вступления в брак, устойчивость брачных союзов, стремление к многодетности. Однако демографический крен на снижение рождаемости затронул и сельские поселения. В них также сейчас наблюдается откладывание вступления в брак на более поздний возрастной период, намерение молодых девушек уехать в город, получить образование и строить карьеру [Шабунов, Крошилин, 2024].
Закон о материнском (семейном) капитале и другие меры демографической политики, принятые на федеральном и региональном уровне, способствовали повышению рождаемости в период между 2007 и 2015 годами [Синельников, 2025; Синельникова, Карпов, 2023]. В сельской местности степень повышения была значительно больше, чем в городах. Это можно объяснить тем, что сельским семьям было проще улучшить жилищные условия в случае рождения ребёнка: в частности, пристроить к своему дому флигель или второй этаж либо продать небольшой дом и купить более просторный дом, а значительную часть средств на этих расходы взять из материнского капитала. Чего нельзя сказать о подобных возможностях в городской среде. Кроме того, в сельской местности и до активизации демографической политики традиционные семейные ценности сохранились лучше, чем в городах, семьи в среднем имели больше детей, женщины меньше ориентировались на карьеру и легче совмещали работу с воспитанием детей.
Однако в середине 2010-х годов рождаемость в России вновь стала снижаться. Этот процесс продолжается до настоящего времени. Суммарные коэффициенты рождаемости в сельской местности снижаются быстрее, чем в городах, и сближаются с соответствующими показателями для городского населения [Синельников, 2023].
Методология и методы
Демографические проблемы, связанные со снижением рождаемости, изменением репродуктивных установок женщин, трансформацией роли женщины в семье и на работе, актуальны как для России, так и для других стран [Кабайкиной, 2016, Радаев, 2025]. Это повлекло в настоящее время рост исследований в данной области. Отношение молодёжи к институту брака, к рождению детей в РФ, Франции, Германии, в странах Центральной Азии и Северной Африке рассматриваются в публикациях О. В. Гоковой, А. М. Киселевой, Я. А. Мохаммеда, Чэн Сюминь, Тань Жоюй [Гокова, Киселева, 2016; Мохаммед, 2024; Чэн Сюминь, Тань Жоюй, 2024]. Особый интерес вызывают исследования региональных особенностей процессов брачности и рождаемости в России. Они представлены в работах: П. Е. Еремкиной, проводящей оценку благополучия работающих женщин Урала; А. Е. Звонаревой, изучающей факторы брачного выбора жителей Ивановской области; А. В. Короленко, занимающейся демографическими проблемами Вологодской области; К. И. Казенина, Э. Ш. Идрисова, М. М. Имашевой, уделяющих особое внимание рождаемости в Республике Дагестан. Отдельные тенденции формирования современных сельских семей рассматриваются в публикациях Л. А. Попова, А. А. Шабуновой, С. В. Крошилина, А. В. Ярашевой, Е. И. Медведевой [Попов, 2016; Шабунова, Крошилин, 2024]. Однако работ, посвящённых анализу тенденций формирования современных молодых сельских семей, недостаточно, не изучен демографический потенциал сельских семей, государственные и региональные меры, направленные на формирование благополучия молодой сельской семьи, что и обуславливает актуальность темы исследования.
Цель данной статьи состоит в изучении специфики современных сельских семей, особенно молодых. Если они сохраняют свои демографические преимущества перед городскими семьями, то демографическая политика должна ориентироваться в первую очередь на повышение рождаемости среди сельского населения, на снижение миграции из сёл в города и даже на стимулирование возвращения части молодых мигрантов в родные сёла.
Гипотеза исследования состоит в том, что сельское население в основных репродуктивных возрастах всё более сближается с городским по своему брачному, бракоразводному и репродуктивного поведению. Если эта гипотеза верна, то преимущественная ориентация демографической политики на повышение рождаемости именно в сельской местности не имеет смысла и сельским семьям надо помогать в той же степени, что и городским.
Эмпирической базой являются данные переписи населения и другие материалы государственной демографической статистики.
Объектом исследования выступает сельское население Ивановской области, демографическая ситуация в которой близка к общероссийской.
Результаты исследования
Рассмотрим демографический потенциал и комплекс государственных и региональных мер, направленных на формирование благополучия молодой сельской семьи, на примере Ивановской области (одной их типичных областей Центрального макрорегиона). Сельские районы Ивановской области включают небольшие поселения и деревни, где население занимается сельским хозяйством и другими отраслями, связанными с природными ресурсами. В Ивановской области насчитывается 92 сельских поселения: поселение Михайловское Шуйского района, Поселение Рябцевское Кинешемского района, поселение Приволжское Приволжского района, поселение Тейковское Тейковского района и другие, а также деревни Старая Вичуга Вичугского района, деревня Бурцево Тейковского района, деревня Лежнево Лежневского района и др. Доля сельских жителей в общей численности населения Ивановской области на 1 января 2024 года составляла 18 % (Рисунок 1). В 2019 году доля сельских жителей также составляла 18 %. Несмотря на неизменное соотношение сельского и городского населения Ивановской области, численность сельского населения в Ивановской области ежегодно снижается. На 1 января 2024 года сельское население составляло 162 тысячи человек. За 2023 год численность сельского населения снизилась на две тысячи человек (Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту на 1 января 2024 года. (Статистический бюллетень). М.: Федеральная служба государственной статистики (Росстат), 2024). За последние пять лет в области наблюдается устойчивая тенденция снижения численности сельского населения, которая обусловлена рядом факторов: низким уровнем рождаемости, высоким общим коэффициентом смертности (из-за старения населения), оттоком молодых людей из сельской местности в города с целью поступления в вузы и в поисках работы с более значимым уровнем заработной платы.
Рассчитано по: Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту на 1 января 2024 года. (Статистический бюллетень). М.: Федеральная служба государственной статистики (Росстат), 2024.
Одной из причин снижения демографического потенциала и уровня рождаемости в сельской местности Ивановской области является уменьшение численности женщин в репродуктивном возрасте (15—49 лет), которая на 1 января 2024 года составляла 30 050 человек (Рисунок 2).
Рассчитано по: Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту на 1 января 2024 года. (Статистический бюллетень). М.: Федеральная служба государственной статистики (Росстат), 2024.
Среди всего сельского женского населения области женщины репродуктивного возраста составляют 35,8 %, то есть более одной трети (Рисунок 3).
Рассчитано по: Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту на 1 января 2024 года. (Статистический бюллетень). М.: Федеральная служба государственной статистики (Росстат), 2024.
Интерес представляет возрастная структура внутри очень неоднородного по частоте рождений возрастного диапазона от 15 до 49 лет (Таблица 1). 33 % составляют женщины от 15 до 30 лет (в том числе 14 % — от 15 до 20 лет и 19 % — от 21 года до 30 лет), 34 % — от 31 года до 40 лет и 33 % — от 41 года до 49 лет.
Рассчитано по: Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту на 1 января 2024 года. (Статистический бюллетень). М.: Федеральная служба государственной статистики (Росстат), 2024.
Важной категорией женщин репродуктивного возраста, проживающих в сельской местности, является молодое поколение от 18 до 30 лет. На 1 января 2024 года в сельской местности Ивановской области проживало 7 623 женщины данной возрастной категории, что составляет 25,4 % от числа всех женщин репродуктивного возраста. На этот же период в сельской местности Ивановской области проживало мужского населения данной возрастной категории 9033 человек. То есть на 1 000 женщин данной возрастной категории приходится 1 185 мужчин аналогичного возраста. В количественном аспекте ситуация на «брачном рынке» для молодых женщин благоприятна — потенциальных женихов значительно больше, чем потенциальных невест.
В целом по всему сельскому населению Ивановской области численность женщин преобладает над численностью мужчин (84 871 женщина и 79 129 мужчин). Но это объясняется численным перевесом женщин над мужчинами в пенсионном возрасте. В молодых и средних возрастах ситуация другая.
По данным переписи, проведённой в 2021 году, среди сельского населения области на 1 000 женщин основных репродуктивных возрастов (18—44 лет) (хотя к репродуктивным возрастам принято относить весь диапазон от 15 до 49 лет, женщины редко рожают до 17 лет и крайне редко — после 45 лет) приходилось 1 229 мужчин, а по оценке Росстата на 1 января 2024 года, сделанной на основе той же переписи с учётом статистической информации о смертности и миграции за период после переписи, — 1211.
В сельской местности женщинам труднее, чем мужчинам, найти подходящие для себя рабочие места. Поэтому женщины чаще, чем мужчины, переселяются в города, где могут устроиться на хорошо оплачиваемую и не столь тяжёлую работу. Численный перевес мужчин над женщинами имеет место во всех возрастных группах от 18 до 44 лет.
Из-за этого далеко не все мужчины могут жениться на ровесницах или женщинах моложе себя, а многие мужчины вообще остаются холостыми, в том числе и в том возрасте, когда шансы вступить в первый брак невелики (Таблица 2).
Расчёт по: Итоги ВПН-2020. Т. 2: Возрастно-половой состав и состояние в браке.
По данным переписи, в 2021 году в Ивановской области проживали 157 592 мужчины и 156 538 женщин в возрасте от 18 до 44 лет, то есть число мужчин превышало число женщин, но разница составляла лишь 1 054 человека или 0,7 % от числа женщин. На 1 000 женщин приходилось 1 007 мужчин.
Однако этот почти полный гендерный паритет существует лишь для всего населения в целом. В городах проживает 128 546 мужчин и 132 907 женщин, то есть для паритета «не хватает» 4 361 мужчины. В сёлах ситуация противоположная — на 29 046 мужчин приходится лишь 23 631 женщина, то есть для баланса «не хватает» 5 415 женщин.
Абсолютные величины этих гендерных дисбалансов в городах и в сельской местности довольно близки друг к другу. Полного совпадения не может быть, так как на эти дисбалансы влияет миграция не только из сёл в города и обратно внутри области, но и миграция за пределы области, а также миграция из прочих регионов РФ и из-за границы в Ивановскую область и другие факторы, в том числе различия в уровне смертности среди мужчин и женщин. Но очевидно, что женщины уезжают из сёл в города чаще, чем мужчины, из-за чего в сёлах не хватает женщин, а в городах — мужчин. Поскольку в городах проживает 82 % населения области, а в сёлах — только 18 %, в относительном выражении эта диспропорция полов слабо выражена среди городского населения — 967 мужчин на 1 000 женщин 18—44 лет — и очень сильно среди сельского, в котором эта пропорция составляет 1229:1000. Если разделить этот очень широкий возрастной диапазон на два интервала: от 18 до 29 лет и от 30 до 44 лет, то пропорции полов в каждом из них весьма различны как в городах, так и в сёлах.
В возрастах от 18 до 29 лет мужчин больше, чем женщин, не только в сёлах (пропорция 1174:1000), но и в городах, хотя и незначительно (1068:1000). В городах эта диспропорция может быть вызвана миграцией в Ивановскую область как из других регионов РФ, так и из стран Центральной Азии, откуда приезжают главным образом молодые мужчины. Но наиболее заметная гендерная диспропорция имеет место в возрастах от 30 до 44 лет (Рисунок 4).
Расчёт по: Итоги ВПН-2020. Т. 2: Возрастно-половой состав и состояние в браке.
В городах на 1 000 женщин 30—44 лет приходится лишь 922 мужчины. Это несколько повышает шансы на вступление в брак у мужчин-горожан и понижает эти шансы у женщин-горожанок. В сёлах, напротив, на 1 000 женщин этого возраста приходится 1 253 мужчины. Эта существенная диспропорция намного снижает шансы на вступление в брак у сельских мужчин и, соответственно, повышает эти шансы у сельских женщин. Но и в городах, и в сёлах мужчины и женщины используют эти шансы не в одной и той же степени (Рисунок 5).
Расчёт по: Итоги ВПН-2020. Т. 2: Возрастно-половой состав и состояние в браке.
Несмотря на различия в пропорциях между числом мужчин и женщин в возрасте от 18 до 29 лет, доли лиц с тем или иным брачным статусом среди городских мужчин и женщин примерно такие же, как среди их сельских ровесников и ровесниц. В прошлом в сёлах браки заключались в более молодом возрасте, чем в городах, но сегодня эти различия почти исчезли. Многие люди считают, что для мужчин важнее, чем для женщин, получить образование и найти достаточно хорошо оплачиваемую работу прежде, чем обзаводиться семьёй. Поэтому мужчины вступают в брак в более зрелом возрасте, чем женщины.
В возрастах от 30 до 44 лет соотношение полов неблагоприятно для городских женщин, но весьма благоприятно для сельских. Однако среди горожанок этого возраста состоят в законном браке 62 %, а среди сельских жительниц — только 59 %. С другой стороны, в незарегистрированных супружеских союзах, которые в обществе принято называть «гражданскими браками», состоят 11 % сельских женщин и только 7 % городских. Доля женщин, состоящих в законных и гражданских браках вместе взятых, составляет 69 % в городах и 70 % в сёлах, никогда не состоявших ни в какой форме брака или союза — 12 и 13 %, разведённых и разошедшихся — 17 и 16 %, вдовых — 1,5 и 1,6 %. Различия между горожанками и сельскими жительницами по любому из этих показателей не превышают 1 %. Сельское население не отличается от городского ни более ранним вступлением в брак, ни более высокой прочностью браков, ни более низким уровнем безбрачия в молодых, средних и поздних репродуктивных возрастах. Различие состоит только в большей распространённости в сельской местности сожительств, которые ради приличия называют «гражданскими браками». Но и это различие имеет место лишь в возрастах старше 30 лет.
Согласно популярной теории «второго демографического перехода» одним из признаков этого перехода является уменьшение числа законных браков и увеличение числа пар, живущих вместе без регистрации [Van de Kaa, 2010]. Сторонники этой теории считают данные отношения более прогрессивными и либеральными, поскольку в подобных случаях женщины меньше зависят от мужчин, партнёры имеют меньше обязательств друг перед другом, им легче разорвать отношения, поскольку не придётся делить имущество, как после развода. Но при всём сближении образа семейной (и не только семейной) жизни в городах и сельской местности, нельзя считать сельский образ жизни более передовым. Более широкая распространённость сожительств в сёлах может объясняться тем, что женщины недовольны своими сожителями (в том числе из-за пьянства) и опасаются регистрировать с ними брак или сами мужчины не желают узаконить отношения, чтобы не брать на себя слишком много обязательств. Такое поведение трудно считать «передовым».
Поскольку среди сельских женщин, с избытком «обеспеченных» потенциальными женихами, доля замужних не выше, чем среди горожанок, которым женихов не хватает, можно предположить, что сельских женщин не устраивает «качество» их потенциальных женихов. Поэтому среди сельских женщин 30—44 лет много не только разведённых и разошедшихся (16 %), но и никогда не состоявших ни в законном, ни в гражданском браке (13 %). А брачный состав сельского мужского населения этого возраста характеризуется следующими показателями: среди мужчин 30—44 лет, проживающих в сельской местности Ивановской области, только половина (50 %) состоит в законном браке и ещё 11 % сожительствуют. Почти 40 % мужчин в этом возрасте не имеют ни жён, ни сожительниц, в том числе 25 % не имели их никогда.
Ещё сравнительно недавно в нашей стране, особенно в сельской местности, считалось, что не вступить в брак до 30 лет — это значит быть «белыми воронами», то есть не такими, как все. Но эти неписаные законы общества, которые социологи называют неформальными социальными нормами, теряют силу, хотя в сельской местности это происходит позже, чем в городах [Радаев, 2025].
Данные подтверждают, что 18,4 % мужчин и 10,7 % женщин в возрасте 40— 44 лет никогда не состояли ни в законном браке, ни в неофициальном союзе. Для мужчин это может объясняться количественной нехваткой потенциальных невест. Но, несмотря на избыток потенциальных женихов, каждая десятая женщина к концу репродуктивного возраста ни разу не вступала ни в законный, ни в гражданский брак. Правда, у значительной части незамужних женщин есть дети, рождённые вне брака. Многие предпочитают оставаться одинокими, если их не устраивает качество потенциальных женихов, включая образовательный и культурный уровень, манеры поведения, отношение к алкоголю. Требования есть и у мужчин. Но при дефиците невест, особенно в сельской местности, им приходится либо снижать эти требования, либо оставаться одинокими.
В настоящее время часть мужчин находятся на специальной военной операции (СВО) и защищают свою Родину. Но перепись населения была проведена до СВО, соответственно позднее мы будем располагать другими данными для анализа проблемы. А в данный момент численность сельских мужчин и женщин в каждом возрасте можно представить следующим образом (Рисунок 6):
Рассчитано по: Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту на 1 января 2024 года. (Статистический бюллетень). М.: Федеральная служба государственной статистики (Росстат), 2024.
Суммарный коэффициент рождаемости (условное среднее число детей, рождённых одной женщиной за всю жизнь) среди сельского населения Ивановской области уже в 2021 году, когда проводилась последняя Всероссийская перепись населения, составлял 1,400, то есть был практически таким же, как и в городском населении (1,398), а в 2024 году понизился до 1,164 и стал меньше, чем в городских поселениях (1,331) . Однако по данным переписи ситуация выглядит иначе (Таблица 3).
Рассчитано по: Итоги ВПН-2020. Т. 9.
Среднее число рождённых детей в расчёте на одну женщину во всех основных репродуктивных возрастах в сёлах больше, чем в городах. Но разница между сельскими и городскими женщинами невелика. Доля не родивших ни одного ребёнка среди тех и других почти одинакова. И в городах, и в сёлах преобладает малодетность. Горожанки несколько чаще ограничиваются рождением одного ребёнка. Среди сельских женщин 40—44 лет доля родивших трёх и более детей больше, чем среди горожанок, но равна лишь 16,7 %, то есть одной шестой части от общего их числа, а среднее число рождённых детей, которое в этом возрасте практически уже итоговое, составляет лишь 1,70. Это больше, чем у горожанок (1,50), но всё же намного ниже уровня простого замещения поколений.
В сельской местности, как и в городах, распространено откладывание молодыми парами вступления в брак и рождения первого ребёнка, давно произошёл массовый переход к малодетности (один или два ребёнка в семье). Такие семьи представляют подавляющее большинство не только в городах, но и в сёлах. Сохранения численности населения на одном уровне возможно, когда суммарный коэффициент рождаемости (то есть среднее итоговое число детей, рождённых одной женщиной за всю жизнь) не ниже 2,1. Этот коэффициент по Ивановской области в целом в 2024 году составлял лишь 1,306.
Однако суммарный коэффициент даёт заниженное представление о реальном уровне рождаемости в области, поскольку многие из её бывших жителей (в том числе и среди женщин репродуктивных возрастов) давно живут в других регионах, где и регистрируют в отделениях ЗАГСов родившихся у них детей, но сами остаются прописанными по прежним адресам.
Есть основания считать, что из-за этого проведённые Росстатом оценки численности населения преувеличивают численность жителей области, в том числе и количество женщин в репродуктивных возрастах, особенно в сельской местности. При расчёте общих, возрастных и суммарных коэффициентов рождаемости число зарегистрированных в области рождений делится на завышенную численность всего населения и женщин соответствующих возрастов. Поэтому суммарные коэффициенты рождаемости меньше среднего числа детей у проживающих в области женщин к концу репродуктивного возраста. Многие женщины (да и мужчины), переселившиеся из сёл в города, не снимаются с регистрационного учёта по прежнему месту жительства, но своих новорождённых детей регистрируют уже в городских отделениях ЗАГСа. По-видимому, из-за этого суммарный коэффициент рождаемости в сёлах в последнее время стал ниже, чем в городах. Поскольку итоги переписи населения свидетельствуют о другом, есть основания считать, что эти суммарные коэффициенты рождаемости не совсем правильно отражают реальную ситуацию.
Рождаемость зависит от числа заключаемых браков и уровня разводимости. К сожалению, на протяжении последних лет в Ивановской области наблюдается высокий процент расторжения браков и устойчивая негативная тенденция в процессах создания и распада брачных союзов.
В 2023 году в Ивановской области было зарегистрировано 5313 браков и 4135 разводов, а в 2024 году соответственно — 4980 браков и 4009 разводов. Общий коэффициент брачности на 1000 жителей за эти два лет года уменьшился с 5,8 ‰ до 5,5 ‰. Общий коэффициент разводимости тоже уменьшился с 4,5 ‰ до 4,4 ‰. Однако число разводов в расчёте на 1000 браков, заключённых в том же году, напротив, увеличилось с 778 до 805. Это больше, чем в целом по всей России (723 в 2023 году и 732 в 2024 году) . К сожалению, в публикациях по естественному движению населения на сайте Росстата эти данные приводятся без дифференциации на городское и сельское население. Дифференциация есть только в данных переписи населения.
В 2021 году по данным переписи на всей территории Ивановской области проживали 169 977 мужчин и 170 612 женщин, состоящих в зарегистрированном браке, а также 25 147 мужчин и 48 785 женщин, официально разведённых и не состоящих в повторном законном или «гражданском» браке. Поскольку вновь вступить в брак после развода женщинам, имеющим детей, сложнее, чем мужчинам, разведённых женщин почти в два раза больше, чем разведённых мужчин. Общая численность состоящих в браке и разведённых мужчин — 214 580, женщин — 238 335. Доля разведённых среди них составляет 11,7 % у мужчин и 20,5 % у женщин. По данным переписи о мужчинах на 1 000 существующих или существовавших в прошлом законных брачных союзов приходится 117 распавшихся и 883 сохранившихся, а по данным о женщинах — соответственно 205 и 795, хотя данные о регистрации браков и разводов в ЗАГСах показывают диаметрально противоположное соотношение. Этот «парадокс» требует объяснения.
Лишь немногие пары разводятся в том же году, в котором поженились. Средняя продолжительность расторгнутых браков близка к десяти годам. Число браков колеблется из года в год, но в целом снижается. Расчёт пропорции между числами браков и разводов за один и тот же год преувеличивает вероятность распада брака в течение всей жизни. Немало пар, которые регистрируют брак в сёлах, а разводятся в городах.
Многие супруги фиктивно разводятся, чтобы заработки мужа не учитывались при расчёте среднедушевого дохода на члена семьи и была возможность получать единое пособие на детей, право на которое имеют лишь малообеспеченные. Если учитывать фактический состав семьи, то можно целенаправленно помогать каждой по-настоящему бедной семье, поскольку их гораздо меньше, чем по данным официальной статистики. Особенно важна такая адресная помощь в сёлах, где все жители знают друг друга, а многие из них являются малообеспеченными.
По данным переписи известна численность мужчин и женщин, состоящих в браке, но не известно, сколько из них в прошлом были разведены. Тем более нет данных, сколько из них разведутся в будущем. Также известна численность разведённых, но никто не знает, сколько из них впоследствии вновь вступят в брак. Данные переписи, в отличие от данных ЗАГСов, не дают даже приблизительного представления о вероятности развода как в течение всей жизни вообще, так и за время до выхода из возраста, разводы в котором снижают рождаемость. Однако по этим данным можно судить о том, насколько уменьшается численность состоящих в браке из-за разводов, не компенсированных повторными браками.
В 2021 году в сёлах Ивановской области официально разведённые составляют 13,6 % от общей численности женатых и разведённых мужчин. Это меньше, чем в Таблице 2 и на Рисунке 5, где представлена суммарная доля официально разведённых и разошедшихся без оформления развода как с мужьями и жёнами, так и с сожителями и сожительницами, с которыми не было законного брака, то есть не может быть и развода. Доля разведённых в общей численности замужних и разведённых сельских женщин почти такая же — 14,2 %. В городском населении соответствующие показатели составляют 10,5 % среди мужчин и 15,7 % среди женщин, а во всём населении области — 11,1 % и 15,5 % (Рисунок 7.)
Рассчитано по: Итоги ВПН-2020. Т. 2.
Если бы супруги реже разводились и чаще вступали в новые браки после разводов, рождаемость была бы выше, чем сейчас.
Среди сельских мужчин доля разведённых больше, чем среди городских, а среди сельских женщин, напротив — меньше. Судя по этим данным, есть основания предполагать, что в настоящее время сельские семьи распадаются примерно так же часто, как и городские, а различия между приведёнными выше показателями зависят не столько от вероятности развода, сколько от шансов на повторный брак. У разведённых сельских мужчин этих шансов меньше, чем у городских. Как упоминалось выше, среди сельского населения в основных репродуктивных возрастах мужчин значительно больше, чем женщин. Поэтому в сёлах ситуация на «брачном рынке» настолько выгодна для женщин и невыгодна для мужчин, что разведённые мужчины почти полностью теряют свои традиционные преимущества при вступлении в повторный брак перед разведёнными женщинами, многие из которых имеют детей. В городах же, где такого «дефицита невест» не наблюдается, ситуация на «брачном рынке» более выгодна для мужчин, включая и разведённых, чем для женщин.
Показателем будущего демографического потенциала сельского населения являются дети и молодое поколение, находящиеся в возрасте до 17 лет. Таких в сельском населении Ивановской области на 1 января 2024 года насчитывалось 25 396 человек от 0 до 17 лет, в том числе — 12 905 представителей мужского и 12 491 представительниц женского пола . Очень важно создавать такую инфраструктуру, что бы им нравилось жить в своём населённом пункте. Огромное внимание должно уделяться социальному развитию, образованию, здравоохранению, досуговой сфере сельских территорий.
Обсуждение
В условиях уменьшения численности женщин репродуктивного возраста, проживающих в сельской местности, снижения рождаемости на селе, нестабильности брачных союзов, миграции молодёжи из сёл в города важно поддерживать молодые семьи, проживающие в сельской местности, которые находятся на стадии планирования беременности, женщин, которые хотят стать матерями уже не первый раз, а также многодетные семьи. А также очень важно создавать на сельских территориях такие условия, чтобы молодые мужчины и женщины, получив образование в городе, возвращались в свои сёла.
За последние несколько лет принят определённый комплекс мер, направленный на развитие демографического потенциала и повышение благополучия молодой сельской семьи [Ростовская, Рычихина, 2023]. Рассмотрим федеральные и региональные меры поддержки семей с детьми.
Во-первых, женщинам государство предоставляет пособие по беременности и родам в размере 100 % среднего заработка за два календарных года, предшествующих году, в котором начался отпуск по беременности и родам. Во-вторых, женщине предоставляется единовременное пособие при рождении ребёнка 26 400,41 рубля (данная мера действует на всей территории РФ). В-третьих, женщина получает при рождении ребёнка материнский (семейный) капитал, его размер в 2025 году составлял: за первого ребёнка 690 тысяч рублей, а за второго — 912 тысяч; если сертификат за первого ребёнка уже получали, то доплата за второго составляла 221 тысячу рублей; на третьего ребёнка или последующих детей материнский капитал — 912 тысяч рублей.
В-четвёртых, в Ивановской области стоит выделить такой вид поддержки, как единовременная выплата на улучшение жилищных условий (при рождении первого ребёнка у матери до 24 лет и второго ребёнка в течение 3 лет с даты рождения первого ребёнка). В Ивановской области единовременная выплата на улучшение жилищных условий (при рождении первого ребёнка у матери до 24 лет и второго ребёнка в течение трёх лет с даты рождения первого ребёнка) составляет 151 305, 41 рубля.
Кроме того, надо упомянуть следующие важные выплаты матерям — пособие по уходу за ребёнком до полутора лет. Сумма рассчитывается как 40 % от среднего заработка за последние два года. С 1 января 2025 года минимальный размер ежемесячного пособия составил 9 227,24 рубля (на основании МРОТ), а максимальный — 68 995,48 рубля. С 1 января 2025 года действуют новые правила о стандартных налоговых вычетах. Так, стандартный налоговый вычет на второго ребёнка увеличился с 1 400 до 2 800 рублей, на третьего и каждого следующего ребёнка — с 3 000 до 6 000 рублей. Также с 6 000 до 12 000 рублей увеличен вычет опекунам, попечителям, приёмным родителям, супругу (супруге) приёмного родителя на каждого ребёнка, если несовершеннолетний ребёнок является инвалидом.
В начале 2025 лет года губернатором Ивановской области введён новый пакет региональных мер демографической и семейной политики, охватывающих финансовую и жилищную сферу, образование и здравоохранение. Впервые все финансовые меры поддержки предоставляются вне зависимости от уровня доходов семьи. Часть мер касается молодых семей, где обоим родителям ещё нет 35 лет. Если такая семья живёт в населённом пункте с численностью до 100 тысяч жителей, то при рождении третьего или последующего ребёнка после 1 января 2025 лет года она уже имела право получить единовременно 300 тысяч рублей. Для всех беременных жительниц Ивановской области введена новая выплата на питание — 1 000 рублей ежемесячно. Целый ряд мер предусмотрен для многодетных семей. Например, им компенсируют 50 % стоимости очного обучения в вузе или колледже Ивановской области на одного ребёнка (образовательная миграция в сельских поселениях развита достаточно сильно). Кроме того, уже с 2024 лет года в Ивановской области действует такая мера поддержки молодых семей, как студенческий капитал в размере одного миллиона рублей для пар, которые родили ребёнка в период учёбы в университете. В крупном городе это не очень значительная сумма, но в сельской местности — существенная и достаточная для приобретения жилья.
Для привлечения молодёжи на сельские территории и комфортного проживания жителей государство осуществляет строительство и модернизацию фельдшерско-акушерских пунктов, ремонт и оснащение сельских школ и детских садов, благоустройство сельских дворов и общественных пространств. Активно внедряются новые программы по развитию сельских территорий, направленные на привлечение в них молодого поколения и создание комфортных условий для жительства («Земский фельдшер», «Земский доктор», «Земский учитель», «Земский работник культуры» и другие). В 2025 году в Ивановской области участниками программы «Земский доктор» стали 18 человек, программы «Земский фельдшер» — 36 специалистов. Размер выплат для врачей-участников составляет один миллион рублей, а для фельдшеров ФАПов и скорой помощи — 500 тысяч рублей. Благодаря этим мерам в малые города и сёла Ивановской области в последние годы удалось привлечь сотни молодых работников, которые не только покрыли нехватку кадров в сельской местности, но и возможно в будущем создадут в них свои семьи и родят детей. В Ивановской области также действует комплекс региональных мер поддержки для работников системы здравоохранения. Среди них — «подъёмные» в размере 300 тысяч рублей для молодых врачей, трудоустроившихся в медучреждения региона сразу после выпуска в вузе, единовременная выплата фельдшерам скорой помощи — 200 тысяч рублей. Кроме того, молодые врачи в возрасте до 40 лет могут получить выплату на первый взнос по ипотеке — 900 тысяч рублей. Финансовая поддержка молодых семей и создание комфортных условий для их проживания в сельских территориях являются ключевыми факторами развития демографического потенциала.
Развивать социальную жизнь в глубинке помогает реализация программы «Земский работник культуры». В Ивановской области она стартовала в 2025 году и участниками стали пять человек. Они получили по миллиону рублей, приехав работать в Пестяковский, Родниковский, Приволжский и Ивановский районы. Молодым специалистам также было предоставлено служебное жильё.
Жилищный вопрос — один из основных для молодой семьи [Ростовская, Рычихина, 2024]. На данный момент в Ивановской области действует «Сельская ипотека» со ставкой под 3 % годовых. Кроме того, в регионе действуют региональные меры поддержки для улучшения жилищных условий молодых семей. В 2024 году 29 молодым семьям выданы свидетельства о получении субсидий. В рамках мероприятия «Государственная поддержка граждан в сфере ипотечного жилищного кредитования» в 2024 году жилищные условия улучшили 22 семьи. По данным переписи населения, в 2021 году в сельской местности Ивановской области проживали 5263 замужние женщины в возрасте до 35 лет, из которых 82,67 % (4 351) уже имели одного или нескольких детей. Однако меры по улучшению жилищных условий в настоящее время касаются очень малой части молодых сельских семей с детьми. Чтобы эта помощь имела демографический эффект, её масштабы должны быть сильно увеличены.
Заключение
Результаты исследования подтвердили гипотезу исследования о том, что сельское население в репродуктивных возрастах всё более сближается с городским по своему брачному, бракоразводному и репродуктивного поведению. Сельские жители, особенно молодёжь, уже давно не придерживаются традиционных семейных ценностей. Для них не характерно раннее и практически всеобщее вступление в первый брак, среди них мало распространена многодетность. Среднее число детей в молодых (и не только молодых) сельских семьях лишь немногим больше, чем в городских семьях, и значительно ниже уровня простого замещения поколений. Доля разведённых среди сельских жителей примерно такая же, а доля сожительствующих значительно выше, чем в городах.
Сельские женщины, особенно молодые, переселяются в города гораздо чаще, чем мужчины. Поэтому на селе женщин значительно меньше, чем мужчин. Это расширяет для сельских женщин возможности брачного выбора, но многих из них не устраивают качества и поведение соседей-мужчин (в том числе — пьянство). Поэтому доля замужних среди сельских женщин не выше, чем среди горожанок. Отметим, что 13 % сельских женщин и 25 % сельских мужчин в возрасте от 30 до 44 лет никогда не состояли ни в законном, ни в так называемом «гражданском браке». Необходимо возродить традиционные семейные ценности, но сделать это в сельской местности не легче, чем в городах.
Социальная поддержка молодых семей играет ключевую роль в обеспечении их благополучия. Меры, направленные на помощь молодым сельским семьям с детьми, способствуют улучшению качества жизни женщин, созданию стабильной, здоровой и комфортной среды для воспитания детей. Предоставление молодым сельским семьям больших льгот и пособий, чем городским семьям, необходимо не только для повышения рождаемости, что одинаково затруднительно и в городе, и на селе. Однако эти льготы и пособия необходимы для того, чтобы семьи остались на селе и эта местность не обезлюдела.
Список источников
Гокова О. В., Киселёва А. М. Вопросы управления демографическим развитием в РФ, Франции и Германии: сравнительное исследование репродуктивных технологий и отношения молодёжи к институту брака // Вопросы управления. — 2016. — № 2. — С. 68—75.
Звонарёва А. Е. Факторы брачного выбора жителей г. Иваново: поколенческий аспект // Вестник Сургутского государственного педагогического университета. — 2024. — № 5 (92). — С. 139—146.
Еремкина П. Е. Оценки работающих женщин Урала: удовлетворённость временем на детей, дистанционная занятость и родительское благополучие // Женщина в российском обществе. — 2024. — № 4. — С. 119—138
Кабайкина О. В. Трансформация роли женщины в современном обществе: в семье и на работе // Социология. — 2016. — № 4. — С. 163—169.
Короленко А. В. Современный демографический кризис в России и Вологодской области: сущность, причины и основные черты // Гуманитарные научные исследования. — 2015. — № 1. — Ч. 1 [Электронный ресурс]. URL: https://human.snauka.ru/2015/01/8758 (дата обращения: 16.01.2022).
Мохаммед Я. А. Рождаемость, брачный возраст и использование контрацепции в Центральной Азии и Северной Африке: сравнительное исследование // Женщина в российском обществе. — 2024. — № 2. — С. 55—74.
Казенин К. И., Идрисов Э. Ш., Имашева М. М. Влияние миграции на рождаемость: случай переселения ногайцев из Республики Дагестан // Женщина в российском обществе. — 2018. — № 2. — С. 75—88.
Попова Л. А. Современная российская демографическая политика в области рождаемости: результаты и направления совершенствования // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. — 2016. — № 2 (44). — С. 79—93.
Радаев В. В. Откладывают ли молодые поколения своё взросление, и в чём это проявляется // Демографическое обозрение. — 2025. — Т. 12, № 4. — С. 4—44. URL: https://doi.org/ 10.17323/demreview.v12i4.30411 (дата обращения: 24.01.2026).
Ростовская Т. К., Рычихина Н. С. Разработка системы подготовки демографов для комплексного решения демографических проблем // Вопросы управления. — 2023. — № 2 (81). — С. 21—32.
Ростовская Т. К., Рычихина Н. С. Репродуктивные установки российского студенчества: региональный аспект // Проблемы развития территорий. — 2024. — Т. 28, № 1. — С. 98—114.
Синельников А. Б. Социально-демографическая дифференциация рождаемости в России // Социологические исследования. — 2023. — № 12. — С. 95—107.
Синельников А. Б. Влияние демографической политики на брачность и рождаемость в разных поколениях российских мужчин и женщин: (по данным переписей) // Женщина в российском обществе. — 2025. — № 4. — С. 83—101.
Синельников А. Б., Карпова В. М., Ляликова С. В., Антонов А. И. Влияние репродуктивного опыта родительских семей на вероятность выбора многодетной стратегии родительства // Женщина в российском обществе. — 2023. — № 4. — С. 71—85.
Чэн Сюминь, Тань Жоюй, Калачикова О. Н. Социокультурные детерминанты брачного и репродуктивного поведения населения в контексте вызовов демографического развития (опыт китайско-российских исследований) // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. — 2024. — Т. 17, № 4. — С. 212—230.
Шабунова А. А., Крошилин С. В., Ярашева А. В., Медведева Е. И. Социально-экономические индикаторы национальных целей развития России: тенденции и прогноз // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. — 2024. — Т. 17, № 5. — С. 40—54.
Van de Kaa D. J. Demographic transitions // Yi. Zeng (Ed.), Encyclopedia of life support systems (EOLSS). Demography. 2010. Vol. 1. Oxford, UK: Eolss Publishers. P. 65—103.