Смена типов воспроизводства населения Воронежской области и проблемы оптимизации демографической политики
Фото: пресс-служба министерства образования Воронежской области
Введение
Для Воронежской области, крупнейшей по территории и населению областей ЦЧР и одной из крупнейших в ЦФО, характерны острые демографические проблемы, как и в стране в целом. Падает рождаемость, растёт естественная убыль и стареет население. Процессы воспроизводства населения характеризуются инерционностью, подчиняются определённым закономерностям, поэтому для разработки демографической политики нужно понимание воспроизводственных процессов. Демографическое развитие имеет цикличность, что отражается в смене понижающих и повышающих волн рождаемости. Это особенно ярко проявляется, когда циклы развития населения сменяют друг друга в условиях демографических переходов (смена типов воспроизводства). Проблемами исследования типов воспроизводства в стране занимались ещё в те времена, когда демографические проблемы были не такими острыми: Урланис Б.Ц., Вишневский А.Г., Мересте У.И., Валентей Д.И. и многие другие [1,2]. Сейчас острота проблем обуславливает очень широкий круг авторов. В Воронежской области проблемы демографических переходов изучали Поросенков Ю.В., Белова В.А., Пономорева А.В. и другие [3,4]. Эти работы в основном охватывают дореволюционное и советское время, а также период перехода к рыночной экономике. Надо отметить, что обобщающих работ за всё статистически описываемое время, включая весь постсоветский период, не было, отсюда актуальность исследования. Проблема не только в смене режимов рождаемости и смертности. Циклы различных демографических типов могут быть разной протяжённости и иметь собственную структуру и отличия в каждой стране и даже в регионе. Для традиционного воспроизводства характерен примерно 50-летний цикл с пиком рождаемости в 20-29 лет, для современного типа - 39-летний. После 40 лет женщины рожают лишь 4% всех детей, 6% — до 25 лет, остальные роды (9/10 детей) в Воронежской области пришлись в 2023 году на женщин наиболее активного фертильного возраста (25-39 лет). Отсюда и достаточно чёткая цикличность демографических процессов, но смена репродуктивного поведения населения, особенно молодёжи, смазывает тренд развития в настоящее время. Среди основных направлений развития систем населения региона (ароморфоз, адаптация и деградация) в настоящее время в основном характерно последнее. Деградация характеризуется ухудшением структуры качественных и количественных характеристик. Роль управления для преодоления деградации и достижения устойчивости общественных систем в условиях современных вызовов огромна. Без оптимального управления, без нужных организаций и мероприятий возможна в основном деградация. Это требует осуществления демографической политики.
Проблемами демографической политики (ДП) занимались ещё в советское время. В последние 20 лет этому разделу демографии посвящён очень широкий круг работ. Особенно выделяются исследования ведущих демографов и социологов: Архангельского В.Н., Антонова А.И., Рыбаковского Л.Л., Локосова В.В. и других [5-10]. Внутри стран действуют государственная, региональные и муниципальные демографические политики. Государственная ДП служит главным инструментом регулирования демографических процессов, особенно для снижения рождаемости. На глобальном уровне ДП ярко раскрывается в модели устойчивого развития (УР). В этой прозападной модели рост населения является основной угрозой человечеству. Поэтому снижение рождаемости является главным трендом мировой ДП. Режим рождаемости является ярким показателем демографического развития, во многом именно он определяет смену типов воспроизводства населения. Сейчас в Воронежской области и в стране наблюдаются показатели рождаемости, которые характеризуют очередную смену типа воспроизводства населения, что, в свою очередь, может привести к демографической катастрофе. Под ней мы понимаем невозможность населения определённой территории при любом режиме рождаемости сохранять фертильный и трудовой потенциал. В настоящее время возможности сохранения населения региона при оптимальной ДП ещё существуют. Поэтому цель работы - смена типов воспроизводства населения Воронежской области и проблемы оптимизации демографической политики — является вполне актуальной.
Материалы и методы
Для достижения поставленной цели использовались статистический, исторический, литературный, конкурентный и сравнительный методы и подходы. Статистическая база: «Регионы России», материалы по демографии из сборника «Народное хозяйство РСФСР», а также статистический очерк «Население России за 100 лет» Рашина А.Г., данные из литературных и исторических источников.
Результаты и обсуждение
Демографическая политика, аборты, рост образования, урбанизация и многие другие факторы обусловили снижение рождаемости в мире (Рисунок 1).
Составлено по [10]
Максимальное глобальное падение рождаемости наблюдалось в период максимального внедрения УР в большинстве стран мира в 90-е годы. Именно снижение численности жителей в этой концепции является важнейшим фактором УР, так как уменьшается потребление и, соответственно, нагрузка на природу. При этом в развитых странах потребление растёт. США потребляют больше беднейшей половины мира, судя по ВВП. Общемировые коэффициенты суммарной рождаемости упали с 4,97 детей в 1950 году до 2,27 детей в 2024 году. Родилось в мире 132 миллиона человек, общий коэффициент рождаемости уменьшился при этом до 16‰. По оценкам Б.Ц. величина коэффициента рождаемости меньше 16‰ является уже низким показателем [2]. Он характерен для современного воспроизводства только отдельных стран, в большинстве государств рождаемость или заметно больше, или меньше среднемирового показателя. Также близок к простому воспроизводству коэффициент суммарной рождаемости (2,1-2,15 ребёнка). При этом прирост населения по данным ООН составил в мире за 2024 год 81,6 миллиона человек за счёт низкой смертности населения (8,1‰). При некоторых сомнениях (нестыковках) в этих цифрах можно констатировать, что весь мир в целом постепенно переходит к современному типу воспроизводства. При этом даже при коэффициенте ниже 2,0 детей на одну женщину фертильного возраста рождаемость будет выше смертности ещё много лет. Глобальная структура населения с преобладанием молодёжи обуславливает достаточно высокую общую рождаемость и низкую смертность. В большинстве регионов РФ, в том числе в Воронежской области, из-за регрессивной структуры населения ситуация обратная. Даже при рождаемости 2,2 ребёнка на женщину будет наблюдаться естественная убыль населения. В 2023 году суммарный коэффициент рождаемости в стране опустил её только на 177 место в мире. Примерно такой же уровень и у общего коэффициента рождаемости. В Европе показатель РФ в середине табеля о рангах по рождаемости, но в отличие от других европейских стран для неё характерна очень высокая смертность жителей (одна из худших в мире). Показатель смертности в РФ (14,1‰) почти в 2 раза выше среднемирового уровня (9 место в мире в 2023 году). Украина находится на первом месте – 19,8‰, на последнем (229 место) Катар -1,4‰. Разводимость населения тоже очень высокая – одни из лидеров мира (третье место - 3,9‰). Показатель брачности в стране по среднемировым меркам неплохой, один из наиболее высоких в мире и в Европе.
В Центре страны рождаемость крайне низкая. Одной из причин низкой рождаемости регионов Центрального и Северо-Западного ФО является поляризация социально-экономического развития. Здесь наблюдается соседство с главными центрами страны, которые ещё в послевоенные годы начали вытягивать молодых людей из соседних регионов. Так, рождаемость населения в 2024 году в Ленинградской области была худшей в стране - 5,8‰, хуже в стране только в Смоленской области -5,7‰ и Республике Мордовия -5,5‰. В Новгородской области рождаемость в 2023 году составила 7,1‰, в 2024 году - 6,6‰, а в Псковской области соответственно - 7,2‰ и 6,8‰. За счёт молодых жителей соседних и других регионов в Санкт-Петербурге рождаемость была заметно выше - 8,6‰ и 8,4‰. Для ЦФО, где в Московской агломерации уровень жизни намного выше, ситуация является ещё более поляризованной (Рисунок 2).
Составлено по [10]
В настоящее время уровень рождаемости в ЦФО бьёт все антирекорды. В Воронежской области – 6,9 в 2024 году, что даже ниже показателя 1999 года. В России также минимальный уровень рождаемости наблюдался в 1999 году – 8,3‰, но за счёт роста рождаемости ряда кавказских регионов до дна падения рождаемости пока ещё не дошли. Но насколько объективны данные по рождаемости в республиках Северо-Кавказского ФО сложно сказать. Сейчас среди населения ряда национальностей существует практика многократного учёта одного новорождённого под разными именами и фамилиями. При общей тенденции сокращения рождаемости в подавляющем большинстве регионов страны здесь она выросла. Здесь необходимо отметить, что относительно высокая рождаемость, как в России, так и в европейских странах, является одновременно индикатором доли мигрантов из Азии и Африки. В Восточной Европе мигрантов мало – рождаемость низкая, в Западной (особенно во Франции) мигрантов много – рождаемость соответственная. В РФ более высокая рождаемость (кроме ряда республик) характерна для регионов, где больше мигрантов (Московская агломерация), Ханты-Мансийский АО - 10,6‰ в 2024 году, Ямало-Hенецкий АО - 12,8‰ и так далее. Регионы с преимущественно русским населением отличаются самой низкой рождаемостью. Поэтому очень важно стимулировать рождаемость коренных жителей страны (русских, татар, башкир и так далее). Всё это требует глубокого переосмысления экономических аспектов демографической политики. Демографическая ситуация в Воронежской области является результатом длительного развития (Таблица 1).
Составлено по [12-15]
К эпохе капиталистического переворота (промышленной революции) территория нынешней Воронежской области характеризовалась высокими показателями рождаемости населения, особенно в сельской местности, которые были в ней близки к физиологически предельному, что характерно для традиционного воспроизводства. Так, в начале 60-х годов 19 века среди 50 губерний Европейской России (ЕР) Воронежская губерния по показателю рождаемости занимала третье место (56,3‰), но почти такой относительно высокой (четвёртое место) была и смертность населения – 41,3‰. Такая смертность характерна для начальной фазы традиционного воспроизводства с низким естественным приростом, который составил лишь 15‰. По этому показателю регион занимал 21 место в Российской Империи (РИ), что было чуть выше среднего по 50 губерниям Европейской России [13]. Это же характеризует преобладание в стране данного типа (традиционного) воспроизводства населения. При этом существовала большая детская смертность (200-250‰), а холера и туберкулёз косили взрослое население, поэтому большого роста населения не было. В 1891-1895 годах, когда рождаемость в регионе снизилась до 50,9‰, а смертность из-за эпидемий возросла до 43,6‰, естественный прирост составил лишь 7,3‰. В начале 20 века наблюдался некоторый рост рождаемости до 54,3‰ (пятое место в ЕР) и некоторое снижение смертности до 33,3‰ (разделила 14-15 место). Поэтому впервые Воронежская губерния стала характеризоваться более или менее существенным естественным приростом населения (20-21‰). Этот высокий для России прирост сохранялся до 1913 года (третье место в РИ). Но при этом наметилось уже некоторое сокращение рождаемости (48,8‰), падение смертности (28,7 ‰), что означает начало переходного периода для смены типа воспроизводства, особенно в городской местности. В сельской местности показатели воспроизводства были на уровне 19 века (в это время рождаемость сельских жителей была на 54%, а смертность населения на 21% выше, чем в городе) [3,4]. Особенно различался естественный прирост. У городских жителей наблюдался естественный прирост почти в три раза меньше сравнительно с сельчанами. Поэтому у горожан уже тогда наблюдался переход к современному типу воспроизводства при сохранении традиционного у сельских жителей региона. В целом же в губернии в начале 20 века начался демографический переход. Первый этап проходил с 1911 года по 1940 год, когда рождаемость уменьшилась с 48,8‰ до 27,9‰ при постепенном падении уровня смертности, особенно в конце 30-х годов — с 28,7‰ до 17,6‰, и снижении в 1,88 раза естественного прироста (с 20,9‰ до 11,1‰). Демографическое развитие за время после революции до Великой Отечественной войны (ВОВ) сложно оценивать. С одной стороны, административные преобразования региона затрудняли статистический учёт показателей воспроизводства населения. Например, в 1926 году Воронежская губерния занимала территорию 67016 кв. км с населением 3308023 чел. В 1934 году численность жителей образованной впервые Воронежской области составила 6415 тыс. чел. при большей территории. С другой стороны, этот учёт практически часто и не проводился, а также статистические данные за время после революции преднамеренно искажались. Демографические показатели были малоизвестны (выборочные), поэтому результаты переписи населения 1937 года были аннулированы, так как они не соответствовали ожиданиям. Численность населения РСФСР (включая Казахстан) выросла с 100,9 миллиона человек в 1926 году до 109,4 миллиона человек в 1939 году, но объективность переписи сомнительна. Согласно исследованию Жиромской В.Б. потери населения были в стране большими, в Воронежской области они достигали 2,1%. По официальным данным, в 1939 году в регионе жило 3 551 329 человек, в том числе 75 384 заключённых (т.н. «спецконтингент») или 2,1%. Во времена восстановления хозяйства (НЭПа, индустриализации и коллективизации) вплоть до ВОВ, когда был большой голод в стране, внимание учёных было направленно не на изучение населения, а на развитие сельского хозяйства, размещение и развитие промышленных предприятий и отраслей. На динамике населения плохо сказывались коллективизация с раскулачиванием (миграция населения), а также им сопутствовал большой голод. В Воронежской области прокатились волны крестьянских выступлений против коллективизации (Коршевское восстание 1930 года). Последовавшие затем репрессивные меры и ужесточение раскулачивания привели к потерям населения в этом районе [15]. Рождаемость постепенно в эти годы сокращалась (аборты и урбанизация) при высокой смертности населения. Был особый тип воспроизводства: при молодом населении наблюдалась в некоторые годы убыль населения. Только в конце 30-х годах. началось улучшение социально-экономической и, как следствие, демографической ситуации.
Демографическая ситуация резко ухудшилась в военные и в послевоенные (40-е) годы. Большие потери на фронте (десятки тысяч жителей погибли при оккупации), голод после войны и в войну. В целом рост смертности, который был в несколько раз выше показателей довоенного периода, сопровождался резким снижением рождаемости на фоне массовых миграций. Отсюда большое сокращение численности населения. Численности жителей в 3 миллиона человек в области уже никогда не было. С другой стороны, опять административные преобразования. В 50-е годы ситуация заметно улучшилась: естественный прирост составлял 15-16‰ в год (на уровне традиционного воспроизводства в регионе конца 19 века и начала 20 века, что было выше довоенного уровня на 15,2%.) за счёт резкого снижения смертности. Но уже не при такой высокой рождаемости (переход усугублялся). Происходило кардинальное улучшение уровня жизни населения области, падала огромная детская смертность. В современных границах область существует с 1954 года, поэтому численность населения можно адекватно показать начиная с 1959 года (Рисунок 3).
Составлено по [4,13,14]
За счёт невысокой смертности даже снижение рождаемости не помешало сохранять численность населения с конца 60-х до начала 90-х даже в условиях его оттока. Во второй половине 60-х годов мгновенно (как и в Японии в конце 40-х годов) завершилась вторая стадия демографического перехода от традиционного к современному типу воспроизводства населения. Это выразилось в резком снижении рождаемости за счёт ориентации на малодетные семьи, постепенном росте смертности вследствие старения населения, резком сокращении естественного прироста населения. Так, рождаемость за 60-е годы сократилась на 39,8%, смертность стала расти (на 20,8%), естественный прирост сократился почти в два раза - 76,0%. Во многом падение рождаемости обусловлено абортами. Других причин такой резкой ломки рождаемости не найти. Образованность, урбанизация в регионе росли постепенно. Например, максимально урбанизация в Воронежской области проявилась в 70-е годы (45,6% в 1970 году и 60,9% в 1979 году), а рождаемость за эти годы даже чуть выросла. Разрешение абортов (отказ от преследований за аборты) в СССР было одним из условий нормализации отношений между Западом и нашей страной в 50-е годы (оттепель). Аборты были выгодны государству, они позволяли сохранять женские трудовые ресурсы, уменьшалась нагрузка на одно трудоспособное лицо. Доля трудоспособных в 1979 году по сравнению с 1970 годом увеличилась на 9,5% [3]. Высокая доля и будущий рост численности детей и молодёжи требовали открытие новых детсадов и школ, что отвлекало инвестиции. Уже в 70-е годы демографическая ситуация в Воронежской области стала меняться. Внешне нормальное демографическое развитие характеризовалась растущей регрессивностью: доля лиц младше трудоспособного возраста к 1979 году снизилась на 24,6% по сравнению с 1959 годом. Ряд известных учёных уже тогда призывали к активизации деторождения, несмотря на естественный прирост населения в 70-е годы. Особенно большая необходимость проведения активной демографической политики была в сельской местности. Тогда это было легче сделать, так как сохранялись традиционные семьи, хорошая брачность (одна из лучших в мире), молодёжь достаточно рано вступала в брак. В 80-е годы обещание М.С. Горбачёва к 2000 году дать каждой семье по квартире и ожидание лучшей жизни повысили рождаемость. Но даже рост уровня воспроизводства населения (1,7 ребёнка на женщину фертильного возраста) в 1990 году был ниже уровня простого воспроизводства (2,2 ребёнка). Начался большой рост смертности (за 1970-1980 годы на 38,7%) из-за роста избыточной смертности и старения населения, который стал устойчивым трендом на все годы, максимум в 2021 году - 20,2‰. В 1989 году доля лиц старше трудоспособного возраста в Воронежской области стала на 23,9% больше, чем в 1970 году [3]. Для области был характерен высокий миграционный отток молодёжи, особенно из села, следствием этого являлись старение жителей и высокая смертность селян (в 1990 году она более чем в 2 раза превышала аналогичный показатель 1950 года) [3,4]. Однако, за счёт роста численности Воронежа и сокращения миграционного оттока произошла общая стабилизация численности населения области. За период с 1979 по 1991 год численность населения практически не изменилась, она уменьшилась всего на 8 тыс. чел.
Общим итогом демографического развития является его неоднородность в 20-30-е годы, когда рост населения сменялся убылью и постоянным ухудшением демографических показателей в остальное время. Поэтому уже к середине 80-х годов кривые рождаемости и смертности населения пересеклись. Образовался «воронежский крест», чуть раньше «русского креста». К началу 90-х годов началась растущая депопуляция населения. При этом миграционный отток жителей сменился притоком (Рисунок 4).
Составлено по [4,16]
Это позволило сохранить численность населения региона. Мигранты компенсировали на 70,5% естественную убыль, но регрессивность населения региона растёт (Таблица 2).
Составлено по [4,11,13,14]
По основным возрастным группам населения область в 1990-2023 годах имела более регрессивную структуру. В ней был ниже удельный вес детей и подростков и намного выше доля людей пенсионного возраста. Сокращение доли детей и молодёжи вызовет ухудшение воспроизводства населения и трудовых ресурсов в будущем, но уже и сейчас, если считать по старым возрастным пенсионным границам, численность пожилого населения в регионе в два раза превышает численность лиц моложе трудоспособного возраста, а в ряде районов в три раза.
Выводы
В настоящее время наблюдается новый «архисовременный» тип воспроизводства населения с низкой рождаемостью в Воронежской области. Чётко сформировался цикл рождаемости, при этом основный тренд рождаемости направлен к затуханию. В будущем рождаемость в Воронежской области при современном репродуктивном поведении молодёжи будет и дальше падать. Всё это требует глубокого переосмысления экономических аспектов демографической политики. Она в РФ была раньше относительно эффективна и результативна [17]. Но за последние шесть лет коэффициент рождаемости первых детей снизился на 19,9%, вторых детей намного больше - на 31%. Это частично обусловлено переносом выплат материнского капитала на первого ребёнка. Стимулировать семьи, где первый и, скорее всего, последний ребёнок родится в 30-35 лет, практически бессмысленно, причём стимулирование идёт за счёт многодетных. Социальная справедливость требует увеличения помощи многодетным. Все демографы отмечают прямую зависимость роста бедности в семьях с ростом многодетности. Необходимо, как это уже сейчас делается в ряде стран, поддерживать многодетные семьи не до трёхлетнего возраста для третьего ребёнка (эта субсидия много лет не индексировалась), а до 18 лет на третьего и всех последующих детей. Тогда возможно будет использоваться большой воспроизводственный потенциал женщин 35-49 лет, который в стране реализуется недостаточно. Пока ещё фертильный потенциал позволяет рожать детей столько, чтобы даже обеспечить рост населения. Число рождений детей на тысячу женщин фертильного возраста составило в 2023 г. в Воронежской области 30 детей (в РФ — 32 ребёнка). Максимально возможная абстрактная рождаемость может вырасти в 33 раза. В реальности мы снова вступили в так называемую «ловушку низкой рождаемости». Рождаемость, если она падает ниже 1,5 ребёнка на женщину, за счёт инерционности воспроизводства уже поднять в ближайшей перспективе практически невозможно. Даже запрет на аборты (как в Польше) уже не вызовет резкого повышения рождаемости, но у нас их тоже надо запретить. В развитых странах высокие выплаты (но в несколько раз ниже уровня зарплат) не могут поднять рождаемость. В нашей стране эти тенденции также действуют, но в условиях относительно низких зарплат экономические возможности для улучшения демографической ситуации существуют. Учитывая реалии демографического развития (перехода), когда большинство молодых людей ориентируются на поздние браки и однодетные и бездетные семьи, необходимо поддерживать многодетные семьи коренных жителей страны. Сейчас значительная часть многодетных семей родом из Средней Азии, поэтому доля их стремительно растёт. Отсюда миграционная политика должна быть кардинально изменена. Надо переориентироваться на приём трудовых мигрантов из Юго- Восточной Азии, особенно из Вьетнама. Также необходимо создать условия для возращения в страну соотечественников и к переезду к нам близких по культуре и образу жизни жителей Европы и Америки.
Список литературы
1. Вишневский А. Г. Демографическая революция. — М., 1976. — 240 с.
2. Урланис Б. Ц. Народонаселение. — М., Статистика, 1976. — 359 с
3. Белова В. А. Исторические особенности формирования естественного воспроизводства населения Воронежской области (губернии) в 1850-1990 годы // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: География. Геоэкология. — 2005. — № 1. — С. 95-98.
4. Крупко А. Э. Демографические факторы устойчивости экономики Воронежской области: монография. — Воронеж: Воронежский государственный педагогический университет, 2024. — 168 с.
5. Копцева О. А., Журавлева Е. К. К определению демографической политики // Демографический потенциал стран ЕАЭС: VIII Уральский демографический форум. Том I. — Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 2017. — С. 208–213.
6. Крупко А. Э. Теоретические аспекты изучения территориальной организации населения и расселения // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: География. Геоэкология. — 2002. — № 1. — С. 65-69.
7. Крупко А. Э. Динамические и территориальные аспекты воспроизводства сельского населения Воронежской области // Геополитика и экогеодинамика регионов. — 2023.— Том 9(18). — Вып. 3. — С. 177–189.
8. Рыбаковский О. Л. Демографическая политика: определение, структура, цели / О.Л. Рыбаковский, О.А. Таюнова // Наука. Культура. Общество. — 2019. — № 1. — С. 102-111.
9. Смелов П. А., М.В. Карманов, А.А. Романов К вопросу о теоретических подходах к оценке демографической безопасности // Статистика и математические методы в экономике. — 2015. — № 4. — С. 164-169.
10. Крупко А. Э., Шульгина Л. В. Экономические аспекты демографической политики и повышение рождаемости населения России // ФЭС: Финансы. Экономика. Стратегия. — 2024. — Т. 21. — № 9. — С. 12-19.
11. Народное хозяйство РСФСР в 1981 г.: Стат. Ежегодник / ЦСУ РСФСР. — М.: Финансы и статистика, 1982. — 250 с.
12. Рашин А.Г. Население России за 100 лет/А.Г. Рашин. — М.: Госстатиздат, 1956. — 351 с.
13. Регионы России. Социально-экономические показатели. 2003: Стат. сб. / Госкомстат России. — М., 2003. — 895 с.
14. Регионы России. Социально-экономические показатели. 2024: Стат. сб. / Росстат. — М., 2024. — 1081 с.
15. Жиромская В.Б. Полвека под грифом «секретно»: Всесоюзная перепись населения 1937 года / В.Б. Жиромская, И.Н. Киселев, Ю.А. Поляков. — М.: Наука, 1996. — 152 с.
16. Фетисов Ю. М. Математическое моделирование развития регионов и муниципальных образований ЦЧР/ Ю.М. Фетисов, А.Э. Крупко. — Воронеж: ВГПУ, 2019. — 124 с.
17. Архангельский В. Н., Иванова А. Е., Рыбаковский Л. Л. Результативность демографической политики России. — М.: «Экон-Информ», 2016. — 307 с.
Оригинал публикации: Крупко А. Э. «Смена типов воспроизводства населения Воронежской области и проблемы оптимизации демографической политики». Научная статья в журнале «Геополитика и экогеодинамика регионов». – 2025. – Т. 11, № 3. – С. 120-131. Ссылка